15 апр
2019
12:55
пн
Владимир Лешко: «Сам себя, как игрока, гонял бы сильно»
Пресс-служба ХК «Северсталь»

О различии хоккейных школ тогда и сейчас, "службе в армии" и игре во Франции мы поговорили с тренером «Алмаза» Владимиром Лешко.

- Вы ведь череповецкий? Расскажите, с чего начался Ваш путь в хоккее как игрока и как тренера.

- Я пришёл в хоккейную школу в Череповце, когда мне было 7 лет. До этого год занимался фигурным катанием. А когда открыли набор, записался к Вячеславу Викторовичу Дубровину. И вот с тех пор я в хоккее, занимаюсь своим любимым делом. А если отдельно брать тренерскую карьеру, то с 2003 года.

- А почему фигурное катание? И как произошёл переход в хоккей?

- Даже не знаю… Мне хотелось чем-то заниматься, кататься на коньках. А в хоккейную школу набора ещё не было. Поэтому я пошёл на стадион и записался на фигурное катание (улыбается). Но ждал, когда же начнут набирать в хоккейную секцию. При наборе нужно было сдать определённые нормативы, с этим у меня проблем не было, и я начал заниматься.

- Вы пошли в хоккейную школу в 7 лет. Не поздно было?

- А в то время примерно в этом возрасте и набирали. К тому же был очень развит турнир «Золотая шайба», мы постоянно играли за дворовые команды. Да и футболом активно занимались. Так что проблем с возрастом не было тогда. Это сейчас немного по-другому, другое развитие у детей.

- А амплуа защитника сами выбрали?

- Да, я с самого начала стал защитником. Причём мы сразу же стали играть в одной паре с Евгением Михалкевичем (тренер «Северстали» - прим.). Так что у нас с ним длинный совместный путь, много с ним прошли команд.

- Если вспомнить школу, что хорошего оттуда вынесли? И были ли негативные моменты?

- Гораздо больше было позитива, это я сейчас могу точно сказать. Мы же практически жили в «Алмазе», радовались каждому дню, проведённому на льду, «на земле». У нас была дружная команда, мы почти и не расставались. А негатива так сразу и не вспомнить. Более того, с удовольствием вернулся бы в то время (улыбается).

- А если сейчас посмотреть с позиции Лешко-тренера на Лешко-игрока тех лет, Вы бы сами себя сильно гоняли?

- Да (смеётся). Гонял бы, как правильно отметили, сильно.

- А вообще какие успехи были в хоккейной школе?

- Наш год, 68-й, был достаточно сильным. Тренировал нас тогда Михашин Леонид Геннадьевич. Считаю, что у нас были неплохие результаты. Тогда в Первенстве СССР было 8-9 команд, и мы, борясь на равных с чемпионами страны, входили в пятёрку лучших. И всегда на наши матчи ходило много болельщиков.

- А выезды были частыми?

- Да. Выезжали и за пределы России – в Латвию, Эстонию. Да и по нашей стране покатались. Очень много игр вне дома прошло.

- Вы сказали, что пришли в школу к Дубровину, а потом Вас тренировал уже Михашин. Как так получилось? И кого бы Вы назвали своим тренером, наставником?

- Да, изначально набор был к Дубровину, набирался 1968 и 1969 год. Но ещё до Михашина было несколько тренеров. А потом Леонид Геннадьевич закончил институт, приехал в Череповец и взял наш год. Так что можно сказать, что он и был моим тренером. Но ещё большое спасибо хочу сказать Николаю Михайловичу Кишкину, который брал нас на тренировки с собой, летние сборы мы проходили с ним. Он много дал нам в плане катания, техники.

- После выпуска Вы остались в Череповце?

- Да. Так получилось, что я, как поздний по дате рождения, не попал под армию по своему году. Ведь тогда в команде мастеров оставляли 3-4 человек, остальные уходили служить или учиться в институте. Я же в 15-16 лет попал в основную команду, отыграл год, а потом меня призвали в СКА. И так я попал в Высшую лигу. Полтора года я играл в одной пятёрке с известным хоккеистом Николаем Дроздецким (олимпийский чемпион, двукратный чемпион мира – прим.). Запомнились игры против Фетисова, Касатонова. А однажды против нас вышли играть 11 олимпийских чемпионов! Так что я, занимаясь любимым делом, ещё и в армии отслужил.

- А в каком звании?

- Мне предлагали остаться прапорщиком, играть дальше в СКА. Но в Череповец меня позвал Владимир Андреевич Голев, и я решил, что лучше вернуться домой. И пять лет я провёл дома. А потом уже меня позвали играть в магнитогорский «Металлург», где я отыграл год. Там было достаточно тяжело, постоянно приходилось доказывать своё право на место в основном составе – «конкурс» был большой. Но я справился, а команда в тот год выиграла «бронзу» МХЛ (Межнациональная Хоккейная Лига, на тот момент высший дивизион отечественного хоккея – прим.). А дальше ситуация сложилась так, что по тем хоккейным законам я не мог играть в России, и мне пришлось уехать во Францию. Так я провёл полтора года в Ницце. Мы выступали в первом дивизионе. Казалось бы, Франция – футбольная страна, но хоккей там развит хорошо: есть несколько дивизионов, часто приезжают играть американцы и канадцы. Так что, не сказал бы, что чемпионат находится на низком уровне. И должен сказать, что мне понравилось там играть, я наслаждался хоккеем: порой приходилось играть в две с половиной пары, и со льда я не уходил, можно сказать.

- А не мешало то, что это курортный город, много развлечений?

- Да, там очень красиво. А, учитывая то, что в чемпионате выездные игры, много удалось увидеть. И Париж, и Монте-Карло… Время было посмотреть, но и про хоккей не забывали. Там же над тобой никто не стоял, приходилось самому себя контролировать. Утром тренировка, вечером – лёд, в субботу – игры. Понятно, что рядом пляж, море, но мы профессионалы, понимали, что дело прежде всего. К тому же именно профессионалов в команде было 7-8 человек, остальные были любители, которые работали, а после приходили играть. Поэтому за них приходилось много делать работы на льду.

- Как вернулись в Россию?

- У нас закончился чемпионат, к нам подошёл тренер и сказал, что хочет оставить нас на следующий сезон. И мне должны были сообщить, когда приезжать. Но дело в том, что мы не очень дёшево обходились команде, а она была со скромным бюджетом. Мне позвонили - но чтобы сказать, что нашли более дешёвые варианты. Поэтому я вернулся в Россию, в «Электросталь», где опять играл вместе с Михалкевичем. А потом травма, пауза в карьере, и я начал думать о том, что возраст уже подходит, нужно думать о другом продолжении карьеры. А тренировать мне уже тогда нравилось, ведь ещё во Франции мы по контракту два часа в неделю занимались с местными ребятами. Это дало мне опыт, умение общаться с детьми. Так что я был готов работать тренером, хотел этого, всё было лишь делом времени. И вот, в 2003 году меня взяли на работу в нашу хоккейную школу. Мне дали группу 1996-го года, которую набирал Евгений Ставровский. А его перевели на 1992 год. И вот своих «96-х» я и выпустил. Там в составе были Вовченко, Кодола, Кудако, Кононов, Иван Крылов. И многие из моего выпуска играют сейчас в КХЛ и ВХЛ.

- А образование у Вас тренерское, наверняка?

- Я закончил университет имени Лесгафта, специальность – тренер-преподаватель. Но всё равно приходилось многому учиться. Я ходил на тренировки Миколенко Александра Александровича, Дубровина Вячеслава Викторовича, Кондрашкина Сергея Вячеславовича, Ставровского Евгения Михайловича, Михалкевича Евгения Леонидовича. По возможности, приходил ко многим тренерам, смотрел, что и как. Это только кажется, что если всю жизнь в хоккее, то и тренировать просто. Но нужно знать азы, психологию детей. Я то там спрошу, то тут, записывал всё. И потихоньку набирался знаний. Одно ведь дело закончить институт, а другое – всё это понимать. Мне очень много помогли в школе, и я считаю, что я научился.

- Как после попали в «Алмаз»?

- После выпуска моих подопечных взяли во вторую команду. И генеральный менеджер Владимир Соколов предложил мне пойти вместе с ними. Сказал, что мне нужно расти, развиваться дальше по карьерной лестнице. А в тот момент Андрей Матыцин перешёл в первую команду, и его место освободилось, меня туда и позвали. Главным тренером второй команды тогда был Евгений Михалкевич, в штабе со мной ещё был и Евгений Ставровский.

- Сложно было шагнуть на эту ступень?

- Не сказал бы, что сложно. Тут выше ответственность. В школе, конечно, тоже немалая, но здесь требовали ещё и результат. Опять же отличается психология ребят, которые уже старше, к ним нужно было найти подход. А так, мне помогли тренеры, мощная поддержка была.

- Если смотреть на «Алмаз» с трибуны, то кажется, что основной мотиватор на играх – это Вы. Евгений Ставровский выглядит более спокойным. Это распределение ролей в команде или характер?

- Даже не знаю, как ответить… Я более эмоциональный по характеру, не могу держать в себе. Но и не соглашусь с тем, что Евгений Михайлович такой спокойный. Когда надо, он может и кнут достать. Но он ведёт игру, следит за игроками. И понимает, что, если нужно, то я подойду к игроку, объясню. Ну и завожу я ребят, конечно. У нас отличное взаимодействие в тренерском штабе, главный тренер мне доверяет, и мы не видим ничего плохого в том, что мотивирую я. Но и должен отметить, что мы не оскорбляем, не ругаем ребят, а подбадриваем их – это наша работа.

- Вы всю жизнь отыграли в защите, но в «Алмазе» нет должности «тренер по защитникам». Приходится работать со всеми амплуа. Сложно?

- А ведь раньше вообще не было такого разделения, чтобы один тренер работал только по защитникам, к примеру. Хотя, когда я изначально пришёл в «Алмаз», у нас и было такое разделение: я отвечал за защиту, Ставровский – за атаку, а Михалкевич – за всё сразу. Сейчас нигде не прописано, что я отвечаю за защитников, хотя основное в моей работе именно построение обороны.

- Как вообще сейчас сложилась работа тренерского штаба «Алмаза»?

- Во-первых, у нас огромное доверие и уважение друг к другу. Я работаю уже шестой сезон, и у нас не было никаких претензий друг к другу, за спиной никого не подставляли. Главное, что мы работаем в одном направлении. Просто, если мы будем как в басне «Лебедь, рак и щука», это будет бесполезная работа. И именно то, что мы понимаем и доверяем друг другу, помогает нам успешно работать.

- Молодёжная лига отличается достаточно большой «текучкой». Только успел привыкнуть к игрокам, как им приходится уходить в связи с возрастом. Как это переживается?

- Сейчас я уже привык к такому. Первое время было не трудно, а даже интересно: одни пришли, другие ушли, большой поток идёт. Это жизнь такая. Конечно, ты только обучил игрока, как он уходит, на его место приходит другой, которого надо обучать снова. Но ведь это интересно, это моя любимая работа, и мне это нравится. У нас есть молодые хоккеисты, которые тебя слушают, хотят применять те приёмы, которым ты научил. А ты потом видишь плоды своей работы, радуешься их успехам.

- Вы и учились в нашей хоккейной школе, и преподавали. Насколько сильно отличие тогда и сейчас?

- В последнее время различия очень большие. Раньше был фундамент в виде «Золотой шайбы». И мы были детьми улиц, умели играть во все виды спорта. А сейчас всё равно другое время, многие ребята не пробовали, к примеру, баскетбол и волейбол. Да и площадки стали менее доступны. Отметим, что и уровень чемпионата был повыше, больше было настоящих мастеров. Мы уже говорили про возраст, что в семь лет приходили в школы, но в этом возрасте дети уже уверенно держались на коньках. А сейчас приводят, пусть и в пять, но их нужно сначала научить кататься. Поэтому я считаю, что раньше школа была сильнее. Но если же взять конкретно нашу школу сейчас, то не забывайте, что у нас идёт переходный период: появилось много молодых тренеров, которые совсем недавно были хоккеистами.

- Перейдём к настоящему времени. Минувший сезон оставил чувство какой-то недосказанности?

- Каждый сезон хочется что-то выиграть: Кубок, медали. Понятно, что одно дело хотеть, а другое – мочь. Но за минувший сезон я бы поставил твёрдую «четвёрку». Команда провела неплохой регулярный чемпионат. В плей-офф отметим то, что мы, хоть и проиграли, но уступили сильному сопернику, уступив только по буллитам, если не брать последнюю игру. Конечно, хотелось тот матч по-другому сыграть, но это хоккей. Что ещё радует, так то, что мы каждый год даём хоккеистов в сборные разных возрастов. Регулярно поставляем хоккеистов в «Северсталь», в Высшую лигу. Всё равно ведь наша основная задача – давать кадры в главную команду. Можно всё выигрывать, но если никто играть дальше не будет, то все победы забудутся. Возьмём тот же «СКА-1946». Там сильный состав, одарённые ребята, но все же понимают, что пробиться наверх, в основную команду, им будет очень сложно. А в нашем клубе больше возможностей у хоккеистов заиграть в КХЛ и ВХЛ, мы больше даём развиваться молодёжи. Так что, в целом, я считаю, что сезон выдался неплохим.